До выборов в парламент Грузии осталось менее года, и аналитики встраивают предварительные прогнозы по их возможному исходу, составляют рейтинги ведущих политических партий.

По данным различных СМИ в политическом ландшафте Грузии наблюдается несколько тенденций, которые могут привести к серьезным изменениям в законодательном и представительном органе власти.

В частности, правящая политическая сила – «Грузинская мечта – демократическая Грузия» теряет свои позиции, и этот процесс набирает силу. Одной из причин снижения рейтинга (а он сейчас составляет, по разным оценкам, всего 26%) является то обстоятельство, что изначально эта политическая сила представляла собой достаточно рыхлое образование – в нее входили партии, уставшие от экстремизма прежнего руководителя Грузии М.Саакашвили. Это было в 2012 году, а по итогам выборов в парламент ГМДГ под руководством известного грузино-российского олигарха Бидзины Иванишвили получила 115 мест в парламенте и конституционное большинство. Более того, в одномандатных округах «Мечта» одержала практически стопроцентную победу (71 мандат из 73-х)! А по партийным спискам правящая партия получила 49 % голосов. Конечно, не обошлось без «грязных» политических технологий, но победа была более чем убедительной. Однако сейчас о перспективах 4-х летней давности «Грузинской мечте» остается только мечтать.

Что касается основных оппонентов правящей партии – «Единого национального движения» политической силы, находящейся под контролем одиозного бывшего президента М.Саакашвили, то она сохранила свои позиции – 22% опрошенных заявили о своей поддержке «националам». То есть, главная оппозиционная сила сохранила свой электорат и, при умелом использовании ошибок и просчетов властей может его приумножить. Если учитывать то, что отколовшаяся от ЕНД «Европейская Грузия» в основном разделяет программные установки своей «материнской» партии и пользуется поддержкой 7% избирателей, то можно с большой долей уверенности утверждать, что выборы 2020 могут стать для «мечтателей» суровым испытанием.

Именно этим объясняется, в частности, и инициированная правящей партией реформа избирательной системы, суть которой состоит в ведении в нее так называемого нулевого барьера, т.е. отмене пятипроцентного минимума – политической партии достаточно набрать несколько тысяч голосов для обретения депутатского мандата. Правящая партия стремится таким образом распылить голоса, с тем, чтобы они не достались ЕНД, не без оснований полагая, что партия М.Саакашвили жаждет реванша. Стоит отметить и то, что парламентские выборы 2020 года пройдут по пропорциональной системе – «Грузинская мечта» не рискует идти на выборы по одномандатным округам, не имея возможности выдвинуть харизматичных кандидатов. Грузинские политологи полагают, тем не менее, что благодаря поддержке бизнес – элиты партия Б.Иванишвили удержится у власти еще на четыре года. Впрочем, при сохранении нынешнего положения в рейтинге политических сил, весьма высока вероятность наступления форс-мажорных ситуаций и развития непредсказуемых последствий выборов.

Говорить о наличии в Грузии какой-либо реальной политической силы, или политика ориентированного на Россию, не приходится. С весьма существенными оговорками можно, в этой связи упомянуть бывшего спикера парламента – Нино Бурджанадзе. Но ее рейтинг на сегодняшний день близок к нулю. Полагать, что в результате выборов она займет какую-то руководящую должность во вновь избранном парламенте, было бы весьма вольным допущением. К тому же, открыто декларировать свои пророссийские симпатии для любого грузинского политика сравнимо с попыткой суицида.

Важно понимать, что в настоящий момент грузинское общество ориентировано на Запад, и с течением времени и процент людей, владеющих русским языком, а также тех, кто помнит весьма комфортное пребывание ГССР в составе единого советского государства, неумолимо сокращается. Показательный факт – молодые грузины и армяне во время туристических поездок в Тбилиси и Ереван общаются между собой…на английском языке: отчасти из снобизма, но в основном, ввиду того, что русский язык, как язык межнационального общения в обеих республиках прекратил свое функционирование среди молодого поколения.

Грузия стремится войти в европейские структуры и в НАТО – отношения с Россией самым смелым политикам видятся исключительно в сфере торговли с нею своими спорными по качеству товарами – вином, минеральной водой и цитрусовыми. Отсюда лозунг – «В политике – с Европой, в экономике – с Россией».

Наряду с непримиримым отношением к России в грузинской политической культуре также присутствует нетерпимость к альтернативным вариантам в отношении к т.н. «оккупированным территориям» – Абхазии и Южной Осетии. В Тбилиси эти два частичнопризнанных государства считают неотъемлемой частью Грузии. Хотя на неформальном уровне, на уровне НПО уже звучат мнения, суть которых состоит в признании политических реалий и того факта, эти государства не станут частью Грузии даже в необозримом будущем.

Практически не вызывает сомнений то, что независимо от исхода парламентских выборов в Грузии в октябре 2020 года, в целом уровень грузино-российских отношений не претерпит серьезных изменений. В грузинском социуме болезненная русофобия является трендом, а отсутствие дипломатических отношений, которые не будут восстановлены, учитывая невыполнимые требования тбилисских властей о «деоккупации 20-ти%» территории Грузии. Эти требования ставятся тбилисскими властями в качестве главного условия для восстановления дипотношений, но Москва не желает, да и не может без имиджевых потерь «отозвать» признание Абхазии и Южной Осетии, как того требуют НАТО, ЕС и иже с ними.

Г. Хубулов, специально для “МИА Южная Осетия сегодня”

 

Наверх